Сегодня в Давосе выступил Чанпэн Чжао (CZ), соучредитель Binance. Формально — очередная панель на Всемирном экономическом форуме. По сути — заявление о том, что крипта окончательно вышла из режима «песочницы для энтузиастов» и заняла место в разговоре государств, корпораций и глобальных регуляторов.
Главный тезис CZ — криптовалюты больше не эксперимент. Это уже рабочая глобальная финансовая инфраструктура, которая решает задачи быстрее, дешевле и устойчивее традиционных систем.

Ключевые моменты выступления.
Во-первых, токенизация государственных активов.
Чжао прямо заявил, что сейчас он ведет переговоры примерно с дюжиной правительств. Речь идет о токенизации национальных активов — инфраструктуры, недвижимости, сырьевых ресурсов, возможно даже долей в государственных компаниях.
Токенизация позволяет государствам превращать «мертвые» или малоликвидные активы в цифровые доли, которые можно продавать, передавать и учитывать на блокчейне. Фактически это новый способ привлечения капитала без классических заимствований и без длительных бюрократических процедур.
Для государств это означает:
- ускоренную монетизацию активов;
- доступ к глобальному капиталу без посредников;
- прозрачный учет собственности;
- снижение издержек на выпуск и обслуживание финансовых инструментов.
Для инвесторов — доступ к активам, которые раньше были недоступны частным лицам или мелким фондам. По сути, государственные активы становятся «инвестируемыми» в цифровом формате.
Во-вторых, криптовалюты как нативные деньги для ИИ.
Один из самых интересных и недооцененных тезисов. CZ предсказал, что именно криптовалюты станут базовым платежным инструментом для ИИ-агентов.
ИИ-агенты будут действовать от имени пользователей — покупать сервисы, оплачивать вычисления, заказывать данные, взаимодействовать с другими агентами. Им нужны деньги, которые:
- работают без банков;
- доступны 24/7;
- легко программируются;
- не требуют ручной верификации на каждом шаге.
Фиатные деньги для этого плохо подходят. Криптовалюты — идеально. По сути, ИИ и блокчейн сходятся не как модный тренд, а как технологическая необходимость.
В-третьих, три ключевых драйвера роста криптоиндустрии. По версии CZ, рынок сейчас движут три силы: токенизация, платежи, ИИ.
Не DeFi ради DeFi и не NFT ради хайпа, а прикладные сценарии, которые решают реальные задачи экономики. Это важный сдвиг: крипта взрослеет и перестает продавать мечту, начиная продавать инфраструктуру.

Отдельный акцент — устойчивость криптоинфраструктуры.
Чжао отметил, что в стрессовых сценариях криптосистемы часто оказываются устойчивее банков. Блокчейн не закрывается на выходные, не требует экстренных вливаний ликвидности и не зависит от физической инфраструктуры.
Это не означает смерть банков, и CZ это подчеркнул. Банки не исчезнут, но радикально изменятся. Физические офисы будут постепенно уходить, а сами банки станут цифровыми сервисами, встроенными в экосистемы, а не отдельными зданиями с очередями и бумажками.
И, наконец, регулирование.
Универсальной модели не существует. Каждой стране нужна своя регуляторная архитектура, учитывающая экономику, уровень развития финансового рынка и политические реалии. Попытка скопировать чужую модель «один в один» почти гарантированно приведет к провалу.
Общий вывод из выступления простой и неприятный для скептиков.
Крипта больше не вопрос «верю или не верю». Это вопрос конкурентоспособности государств и финансовых систем. Те, кто встроится в новую инфраструктуру, получат доступ к капиталу, технологиям и скорости. Те, кто будет тянуть, рискуют остаться на обочине — с красивыми законами, но без ликвидности и инноваций.
Если раньше крипта искала, где ей можно быть полезной, то теперь государства начинают искать, как встроить крипту в свою экономику. И это, пожалуй, самый важный сигнал из Давоса.
ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: Все материалы, представленные на этом сайте (https://wildinwest.com/), включая вложения, ссылки или материалы, на которые ссылается компания, предназначены исключительно для информационных и развлекательных целей и не должны рассматриваться как финансовая консультация. Материалы третьих лиц остаются собственностью их соответствующих владельцев.


