ИИ-мошенничество или массовый бизнес

Еще несколько лет назад мошенничество с использованием технологий выглядело как набор разрозненных схем: фальшивые сайты, плохо написанные письма, примитивные «инвестиционные предложения». В 2025 году эта эпоха окончательно закончилась.
Сегодня ИИ-скамы — это полноценная индустрия, поставленная на поток.

По оценкам аналитиков, в 2025 году количество мошеннических схем с использованием искусственного интеллекта выросло более чем на 500%. Это уже не единичные атаки и не ручная работа. Это масштабируемые операции, которые можно запускать одновременно в десятках стран, на разных языках и с минимальными издержками.

Почему именно ИИ стал переломным моментом
Большие языковые модели изменили экономику обмана. Один и тот же сценарий легко адаптируется под любой язык и культурный контекст, «персонализация» жертвы теперь автоматизирована, а стоимость запуска новой схемы стремится к нулю. ИИ умеет писать убедительные тексты, вести диалог, отвечать на возражения и подстраиваться под эмоциональное состояние человека. Там, где раньше нужен был колл-центр и десятки операторов, теперь достаточно одной модели и правильного промпта.

Дипфейки и клонирование личности
К этому добавился второй фактор — резкое удешевление доверия. Дипфейки лиц, клонирование голоса и ИИ-аватары превратили правдоподобие в товар массового производства. Теперь «директор компании», «родственник», «инвестор» или «чиновник» могут быть сгенерированы за минуты и выглядят убедительнее, чем настоящие люди в видеозвонке.
Результат очевиден: обман стал быстрее, масштабнее и психологически точнее, чем когда-либо прежде. Пользователи не успевают адаптироваться, регуляторы — реагировать.

Криптовалюты как основной рельс для мошенничества
В 2025 году мошенникам было переведено около $35 млрд в криптовалютах. И это лишь та часть, которую удалось отследить.

Общая картина
Объем незаконных криптоопераций достиг рекордных $158 млрд, что почти на 145% больше, чем в 2024 году. При этом доля нелегальных транзакций от общего оборота снизилась с 1,3% до 1,2%. На первый взгляд — парадокс. На деле — важный сигнал.

Почему доля падает, а проблема растет
Крипторынок в целом значительно вырос, но абсолютные объемы преступной активности растут быстрее, чем способность системы их сдерживать. TRM предложила более точную метрику — долю доступной ликвидности, захваченную нелегальными структурами. В 2025 году она составила 2,7%. Это означает, что преступные сети не просто присутствуют в блокчейне, а используют его как полноценную финансовую инфраструктуру.

Санкции, государства и криптоинфраструктура
В 2025 году санкционная активность была практически полностью обусловлена потоками, связанными с Россией. Ключевую роль сыграл рублевый стейблкоин A7A5, через который прошло более $72 млрд оборота. Кластер кошельков, связанный с сетью обхода санкций A7, провел не менее $39 млрд за год. Это не массовое использование рынком, а концентрированная, координированная активность, связанная с обходом санкций и государственно-ориентированной финансовой инфраструктурой.

Взломы и кражи
В 2025 году было зафиксировано около 150 взломов — меньше, чем годом ранее. Общий ущерб составил $2,87 млрд. Более половины этой суммы обеспечил один инцидент — взлом Bybit на $1,46 млрд. Это отражает новую тенденцию: атак меньше, но они становятся крупнее, точнее и лучше подготовлены.

Геополитика и криминальные сети
Криптовалюты окончательно перестали быть периферийным инструментом. Иран и Венесуэла использовали криптоинфраструктуру для санкционных платежей и финансовых сервисов. Китайскоязычные сети эскроу и отмывания средств обработали более $100 млрд, выступая не как государственные проекты, а как критическая инфраструктура глобальных нелегальных рынков.

Главный вывод
Криптовалютная среда в 2025 году — это не экзотика и не ниша для энтузиастов, а интегрированная часть мировой финансовой системы. Регуляторы, обычные пользователи, правительства и преступные организации действуют в одном и том же пространстве. Рост криптограмотности улучшил выявление незаконной активности, но одновременно позволил проводить через систему гораздо большие объемы ценности, включая нелегальные.

ИИ лишь ускорил этот процесс.

Итог
ИИ-мошенничество больше не побочный эффект технологий. Это устойчивая бизнес-модель, встроенная в цифровую экономику. Вопрос ближайших лет — не в том, как запретить, а в том, кто масштабируется быстрее: системы защиты или индустрия обмана.